Полонский Я. П.

Яков Петрович Полонский (1819 — 1898) — русский литератор, известный главным образом как поэт. Окончив гимназию в Рязани (1838), поступил на юридический факультет Московского университета. Сблизился с А. А. Григорьевым и А. А. Фетом, познакомился также с П. Я. Чадаевым, А. С. Хомяковым, Т. Н. Грановским.
В журнале «Отечественные записки» в 1840 году опубликовал первое стихотворение. Участвовал в студенческом альманахе «Подземные ключи». В это время познакомился с И. С. Тургеневым, дружба с которым продолжалась до смерти последнего. По окончании университета (1844) жил в Одессе, затем получил назначение в Тифлис (1846), где служил до 1851 года; кавказскими впечатлениями навеяны его лучшие стихи, принесшие молодому чиновнику всероссийскую известность.
С 1851 года жил в Санкт-Петербурге, редактировал в 1859-1860 журнал «Русское слово». Служил в Комитете иностранной цензуры, в Совете Главного управления по делам печати (1860—96).



Вавилонское столпотворение
I.

Немврод.

К небу тащите каменья, рабы!
‎Стройте над сводами своды;
Там будут жалкие ваши мольбы
‎Ближе к Владыке природы.
Стройте, пока царь бичами вас бить
‎Не отменил повеленья,
Мысли великой должны вы служить,
‎Мысль эта — столпотворенье.

Верьте вы радуге, данной в залог!
‎Нет, она сон мой тревожит:
Тот, кто хоть раз потопить землю мог,
‎Вновь потопить её может.
Поднятый грубою силой рабов,
‎Я отстою силу знанья…
Шире моих вавилонских дворцов,
‎До облаков стройте зданье!

Пусть мой Творец топит мой Вавилон,
‎Пусть утучняет костями
Мой вертоград, — я поставлю мой трон
‎Над облаками, с звездами…
Выше громов я воссяду на нём
‎И, не смущаемый ревом
Хлябей морских, буду с гневным Творцом
‎Я говорить с тем же гневом.

Пусть, я скажу ему, стрелы Твои
‎Славу мою озаряют,
Тучи Твои лижут ноги мои,
‎Бури Твои — освежают, —
Звёздный венец Твой горит надо мной,
‎В то же одет я убранство,
Той же вселенной я вместе с Тобой
‎Обозреваю пространство…

II.

Голос в толпе.

Иегова длань простер и зовёт.
‎Глас Его — гром. Одеянье —
Туча, которую буря несёт.
‎Гнев Его — молний сверканье…
Ужас настал, — помутились умы.
‎День почернел от испуга.
Ненависть нас разобщила, и мы
‎Не понимаем друг друга…
Из берегов выступает Евфрат;
‎Столпообразная наша
Треснула башня, подмостки горят… —
‎Зла переполнилась чаша.
Слышится вопль: — пал наш гордый пророк! —
‎Плачущих жён мы уводим…
Запад, прими нас! — Прими нас, Восток!..
‎Боже! спаси нас, — уходим…

III.

Голос Немврода.

Пусть, из-за туч низлетая, гремят
‎Огнезубчатые стрелы,
Пусть эти своды, шатаясь, трещат
‎И загораются, — смелый
Дух мой не дрогнет. Всё тот же я царь. —
‎Трусы! не войте, молчите!
Передо мной ставьте тот же алтарь,
‎Те ж фимиамы курите.

Пусть разбегаются овцы-рабы, —
‎Не побегу я… Природа —
Та же раба. Сила грозной судьбы
‎Не пересилит Немврода:
Новую башню воздвигну я — и,
‎Несокрушимая, станет
Твёрдым оплотом людей и земли —
‎И — в небеса гром мой грянет!!..

Источник


ГРУЗИНКА

Вчера грузинку ты увидел в первый раз
На кровле, устланной коврами,
Она была в шелку и в галунах, и газ
Прозрачный вился за плечами.
Сегодня, бедная, под белою чадрой,
Скользя тропинкою нагорной,
Через пролом стены, к ручью, над головой
Она несет кувшин узорный.
Но не спеши за ней, усталый путник мой,—
Не увлекись пустым мечтаньем!
Мираж не утолит томящей жажды в зной
И не навеет снов журчаньем.
1846 

 БЭДА-ПРОПОВЕДНИК

Был вечер; в одежде, измятой ветрами,
Пустынной тропою шел Бэда слепой;
На мальчика он опирался рукой,
По камням ступая босыми ногами,-
И было все глухо и дико кругом,
Одни только сосны росли вековые,
Одни только скалы торчали седые,
Косматым и влажным одетые мхом.

Но мальчик устал; ягод свежих отведать,
Иль просто слепца он хотел обмануть:
"Старик!- он сказал,- я пойду отдохнуть;
А ты, если хочешь, начни проповедать:
С вершин увидали тебя пастухи...
Какие-то старцы стоят на дороге...
Вон жены с детьми! говори им о боге,
О сыне, распятом за наши грехи".

И старца лицо просияло мгновенно;
Как ключ, пробивающий каменный слой,
Из уст его бледных живою волной
Высокая речь потекла вдохновенно -
Без веры таких не бывает речей!..
Казалось - слепцу в славе небо являлось;
Дрожащая к небу рука поднималась,
И слезы текли из потухших очей.

Но вот уж сгорела заря золотая
И месяца бледный луч в горы проник,
В ущелье повеяла сырость ночная,
И вот, проповедуя, слышит старик -
Зовет его мальчик, смеясь и толкая:
"Довольно!.. пойдем!.. никого уже нет!"
Замолк грустно старец, главой поникая.
Но только замолк он - от края до края:
"Аминь!" - ему грянули камни в ответ.
<1840-1845>

Я.П.Полонский. Стихотворения.
Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд.
Ленинград: Советский писатель, 1954.