Алейник Александр Аркадьевич родился в г. Горьком в 1952 г. Эмигрировал в США в 1989 г. Публикации стихов в русских журналах и альманахах США и газете "Новое Русское Слово". Для этой газеты и журнала "Слово": интервью с М. Айзенбергом, Вл. Рецептором, Л. Наврозовым, М. Волковой, Б. Окуджавой, М. Жванецким, В. Войновичем, А. Битовым и т.д. Вошёл в антологию Евтушенко "Строфы века", стр. 935-6: вторая часть триптиха "Экзерсис". С 1997 член ПЭН клуба, нью-йоркское отделение. Публикации стихов в международных журналах "Стрелец" , "Время и Мы"; журналах "Петрополь", "Постскриптум" и "Арион" в России.
http://jehovah-al.blogspot.ru/
Скрипач
I
Начинаться должно, как сказка на идиш:
то есть только за ворота вечером выйдешь -
попадаешь сразу в фиолетовое небо,
там звезда - направо, а луна - налево...
...и поплыл, как облако, не разбирая дороги,
над трубой и березой поджимаешь ноги,
- Эй! - кричишь скрипачу, - Ты зачем на крыше? -
а он водит-водит смычком... тебя не слышит,
потому что твой голос заслоняет скрипка,
и качается небо вокруг, как зыбка.
II
Он на витебской крыше, продавленной небом,
а звезда - направо, луна - налево...
он зажмурил веки, его от музыки отвлекают
птицы и люди, - те и другие летают.
Но если бы только они!... еще летит и телега
и лошадь летит, вроде гнедого снега.
А у лошади в животе, копытцами вверх летит жеребенок...
Что тут поделаешь, он и сам летает с пеленок,
всё это началось так давно (посмотри хоть в "Бытие", хоть в "Числа")
и летать он раньше, чем ходить, научился.
III
К нему тут привыкли все: колодец, коза, корова.
Кобыла и балагула. Ночная звезда. Иегова.
Он отталкивается от травы. Он восходит без лестниц
в шатающееся небо. Ведь оно без него исчезнет.
Он понимает мир, как младенец сосок багровый,
с звездочкой молока, с мычащей в яслях коровой,
с курами на дворе, козой, корку жующей,
с Господом Богом на небе и на иконах живущим
кротким Христом-Спасителем, солдатом, пьющим с подружкой;
она у него на коленях, он - с недостаточной кружкой,
с умной рыбой в воде, с невесомым раввином
между звездой и луной, над местечком родимым...
Знает скрипач, что нужно нам для полета простого,
вот он сидит на крыше, там где был нарисован.
другое небо
© Copyright: Александр Алейник, 2010
Разговор с Иеговой
Дорога - дева-недотророга.
Садишься в поезд и - пошла
ловить тебя и ради Бога,
оставь текущие дела.
Ты в поезде и ты уехал.
Считай, теперь, пустился в путь.
Гляди в окно, всё было крахом,
и всё же привело к успехам.
Ну что же ты - не баламуть.
Дорога - и в лицо пахнуло
удачей - воздухом - травой.
И ты, упрямой головой,
куда-то за поля стремишья.
Куда ты рвёшься? Изумишься,
когда себя поймёшь. Живой
ты, правда, вся загадка.
Что жизнь? Мгновение на век.
Родился только человек -
в могилу - и благая сказка
минует горы и моря.
Ты прожил? Хорошо! Не зря.
Что делал ты за годы жизни?
Я вырос. Дрался и любил.
Стихи писал. А жизнь, разбрызни.
Любовь? Давненько пережил.
Ты, Боже, опустись и спрыснем...
Не хочешь? Верно, я тебе
уж надоел? Живу и млею?
Я говорить о том рабею
с тобойю. Я в своей алчбе.
Ты занимаешься Вселенной.
Нам хорошо в своих Мирах.
Я чувствую - уходит страх
смертельной жизни, населенной
моим предвиденьем в дарах.
25 авг 2015
© Copyright: Александр Алейник, 2015
http://jehovah-al.blogspot.ru/
Скрипач
I
Начинаться должно, как сказка на идиш:
то есть только за ворота вечером выйдешь -
попадаешь сразу в фиолетовое небо,
там звезда - направо, а луна - налево...
...и поплыл, как облако, не разбирая дороги,
над трубой и березой поджимаешь ноги,
- Эй! - кричишь скрипачу, - Ты зачем на крыше? -
а он водит-водит смычком... тебя не слышит,
потому что твой голос заслоняет скрипка,
и качается небо вокруг, как зыбка.
II
Он на витебской крыше, продавленной небом,
а звезда - направо, луна - налево...
он зажмурил веки, его от музыки отвлекают
птицы и люди, - те и другие летают.
Но если бы только они!... еще летит и телега
и лошадь летит, вроде гнедого снега.
А у лошади в животе, копытцами вверх летит жеребенок...
Что тут поделаешь, он и сам летает с пеленок,
всё это началось так давно (посмотри хоть в "Бытие", хоть в "Числа")
и летать он раньше, чем ходить, научился.
III
К нему тут привыкли все: колодец, коза, корова.
Кобыла и балагула. Ночная звезда. Иегова.
Он отталкивается от травы. Он восходит без лестниц
в шатающееся небо. Ведь оно без него исчезнет.
Он понимает мир, как младенец сосок багровый,
с звездочкой молока, с мычащей в яслях коровой,
с курами на дворе, козой, корку жующей,
с Господом Богом на небе и на иконах живущим
кротким Христом-Спасителем, солдатом, пьющим с подружкой;
она у него на коленях, он - с недостаточной кружкой,
с умной рыбой в воде, с невесомым раввином
между звездой и луной, над местечком родимым...
Знает скрипач, что нужно нам для полета простого,
вот он сидит на крыше, там где был нарисован.
другое небо
© Copyright: Александр Алейник, 2010
Разговор с Иеговой
Дорога - дева-недотророга.
Садишься в поезд и - пошла
ловить тебя и ради Бога,
оставь текущие дела.
Ты в поезде и ты уехал.
Считай, теперь, пустился в путь.
Гляди в окно, всё было крахом,
и всё же привело к успехам.
Ну что же ты - не баламуть.
Дорога - и в лицо пахнуло
удачей - воздухом - травой.
И ты, упрямой головой,
куда-то за поля стремишья.
Куда ты рвёшься? Изумишься,
когда себя поймёшь. Живой
ты, правда, вся загадка.
Что жизнь? Мгновение на век.
Родился только человек -
в могилу - и благая сказка
минует горы и моря.
Ты прожил? Хорошо! Не зря.
Что делал ты за годы жизни?
Я вырос. Дрался и любил.
Стихи писал. А жизнь, разбрызни.
Любовь? Давненько пережил.
Ты, Боже, опустись и спрыснем...
Не хочешь? Верно, я тебе
уж надоел? Живу и млею?
Я говорить о том рабею
с тобойю. Я в своей алчбе.
Ты занимаешься Вселенной.
Нам хорошо в своих Мирах.
Я чувствую - уходит страх
смертельной жизни, населенной
моим предвиденьем в дарах.
25 авг 2015
© Copyright: Александр Алейник, 2015
Комментариев нет:
Отправить комментарий